Правила жизни: Аркадий Тесля, механик старой школы

Мне шестьдесят восемь. Первый мотоцикл я разобрал в двенадцать и не собрал обратно — не хватило ума, и горсть лишних деталей осталась. С тех пор собираю всё, за что берусь. Горсть лишних деталей — это диагноз. Мастеру и человеку.

Железо не врёт. Оно стучит ровно то, что у него болит. Врут люди — про то, как ездили, как обслуживали, кто до меня лазил. Я слушаю хозяина вполуха, а мотор — обоими. Мотору незачем мне нравиться.

Не бывает «примерно затянул». Есть момент затяжки, и он записан цифрой. «На глаз» и «по чувству» — это когда чувство у тебя уже сорок лет в руках. До сорока лет чувство называется самоуверенностью, и оно откручивается на трассе.

Инструмент держи в чистоте большей, чем себя. Я приду домой чёрный, но ключ ляжет на место вытертый. Грязный инструмент — неуважение к завтрашней работе. А завтра будет.

Спешат всегда одни и те же. «Мне к утру» значит, человек тянул полгода, а виноватым хочет сделать меня. Такому говорю: у меня очередь, а у тебя ноги. Магазин запчастей до девяти.

Молодых учить можно, если они молчат первые полгода. Кто на второй день говорит «а я бы вот так», уходит на третий. Кто полгода просто подаёт ключи и смотрит — из того выйдет мастер. Руки умнеют от смотрения, не от разговоров.

Деньги — не мерило работы. Мерило — вернётся ли человек через год с тем же мотоциклом целым или на эвакуаторе. Ко мне возвращаются целыми. Потому и живу небогато, но сплю крепко.

Старая техника не хуже новой. Она честнее. В ней всё, что ломается, можно потрогать пальцем и починить руками. Новую я уважаю, но не люблю: её чинят заменой блока, а замена блока не ремонт — касса.

Пить в мастерской нельзя. Не из морали. Пьяные руки помнят движение, но забывают порядок, а в моторе порядок и есть всё. Одна гайка не в тот момент — и человек потом едет на этой гайке сто километров в час.

Я не боюсь помереть. Боюсь, что инструмент растащат по гаражам чужие руки, которые не знают, к чему он привык. Хороший ключ надо передать, а не оставить.

Счастье — это когда с третьего кика берётся мотор, который две недели молчал. Всё остальное про счастье я не понял и уже, наверное, не пойму. Мне и этого хватило на целую жизнь.